У журналиста всегда есть в голове список из учреждений или организаций, до которых сложно добраться. Монетный двор – не исключение. Но кто бы знал, что в "Крестах" будет проще, чем на предприятии Гознака. "Сюда не ходи", "там не фотографируй" – давно не приходилось так усердствовать, чтобы выбить хоть какую-то информацию. Впрочем, кое-что узнать все же удалось.

Голая правда

Петербургский Монетный двор - старейшее в России действующее предприятие по выпуску монетно-медальной продукции. Ходим мы по территории Петропавловской крепости и не задумываемся, что рядом с нами, прямо в центре города, "куются" деньги. Сфотографировать само здание двора, зайти в магазин и пройти мимо – это каждый может. А что за темными окнами, забранными решетками в мелкую сетку? А там - огромные машины, из которых сыплются деньги. Много денег. Правда, туда еще надо попасть…

Полдень. Часы на Петропавловском соборе "заливаются". У Монетного двора стоят сразу пять фур машин. Вокруг них ходят грозные мужчины. Судя по их взгляду, наполнены грузовики не картошкой. На машинах лаконичная надпись: "Госбанк России".

- Поехали,  - раздается команда. Словно в космос полетели.

Деньги "поехали", можно теперь и посмотреть, как они делаются. На согласование с Москвой ушла неделя. Наш Монетный двор – подведомственное учреждение Гознака, и без столичного разрешения туда простому смертному не  зайти. Я, как просто смертный, десять минут стоял на проходной в ожидании пропуска.

Пока слушал инструктаж, отдал на хранение все ключи (от квартиры, где как раз лежат деньги), телефон, часы.

- Вас через металлоискатель будут проверять – чтобы ничего не было с собой, ни копейки…

- А ремень?

- Его оставьте.

В общем, ничего с собой не вносить, ничего не уносить и вперед – через один турникет, через две двери, потом - внутренний двор, дверь, металлоискатель, дверь…

На пропуске написано: "Разрешен проход в цех ММП".

- Это что за ММП? - интересуюсь, куда меня ведут.

- Медально-монетный цех. Но покажем только, как монеты делаются.

И на этом спасибо.

Задаю глупый вопрос: а бывали случаи воровства? В ответе не сомневаюсь. Никто не припомнит хотя бы одного такого случая. Система безопасности - как в колонии. Просто так не зайдешь, а уж тем более не выйдешь.

- Да и воровать-то что у нас – мелочь…

- Ещё повезло, что вас через нас пропускают, - смеются женщины на проходной. – Здесь только начальство ходит, а так у нас голевой режим…

Голевой режим – это когда все работники раздеваются, проходят через специальный устройства контроля и облачаются в спецодежду. Меня же попросили снять верхнюю одежду ("Там у нас тепло") и этим ограничились. После чего наконец открыли последнюю дверь, и я увидел, что же это такое…

Из рога изобилия

Обычный цех с обычными огромными машинами. Ну, подшипники делают, ну кефир в пакетики разливают – все можно подумать, глядя на огромное помещение, только не о деньгах.

Людей мало. Весь процесс автоматизирован. Человек нужен только, чтобы все проверить. Процесс идет на "ура" – внутри огромный чан, куда засыпаются чистые заготовки, потом они идут под пресс,  который чеканит на монете рисунок, и затем готовые рубли и копейки ссыпаются в ящики через специальные желоба.

Рабочий иногда подходит и проверяет "на глаз" ( а иногда в лупу) несколько монет. Если все в порядке, ждут, когда наберется нужное количество монет (на счетчике много цифр) и подносят новый резервуар. На одной из многочисленных полок лежат несколько бракованных рублей – один немного погнут, на другом плохо виден рисунок.

- А можно на память себе взять?

- Нет, конечно, из цеха ничего не выносится, - замначальника монетного производства Сергей Кузнецов не преклонен.

Такое добро пропадает!

Если заметили брак, меняют штемпеля и механизм запускается по новой. Из ящиков монеты сортируют по мешкам.

- И сколько в одном мешке, например, пятирублевых?

- На пять тысяч примерно. А если набить одной копейкой полный мешок, стоимость его будет составлять всего лишь 43 рубля, - рассказывает Сергей Кузнецов.

Медали "Рожденному в Санкт-Петербурге" уже не делают – выполнили весь заказ.

 - А где их делают?

- В этой комнате…

- Давайте зайдем, хоть эскизы покажете.

С трудом уговариваю зайти внутрь нового для меня помещения. Вдруг увижу что-то интересное. И действительно, пока Сергей Михайлович ищет эскизы медали "Рожденному…", успеваю поглазеть на людей в белых халатах и с какими-то приспособлениями на голове. Ни дать-ни взять – врачи ЛОР. На столах перед ними - какие-то медали, закрытые белой бумагой.

- А что это? А кто это?
- Нет-нет, про это не надо писать. Пойдемте.

Выходим из секретной комнаты. Я "прицеливаюсь" сфотографировать цех.

- Только не панорамная съемка! Вблизи - можно, но чтобы не был виден весь цех.

Да что ж такое! Хорошо хоть подписку о неразглашении не взяли.

- И смотрите, чтобы в кадр не попали названия марки оборудования.

Я бы лучше через голевой режим прошел…

- Что у вас на втором этаже? Давайте сходим.

- Да там то же самое…

- Ну давайте сходим.

- Там копейки делаются.

- Тем более…

На втором этаже тот же шум, тот же денежный поток. Только копеечки вылетают – маленькие, новенькие. Окунаю руки в "чан" с готовыми монетами и, как скупой рыцарь, перебираю их, словно семечки – когда еще такое "богатство" подержишь. Копейки немного горячие, сверкают, блестят, переливаются.

- Не все монеты делаются из одного сплава, - рассказывает мне анонимный работник (человек служит в службе безопасности, имя его разглашать нельзя), одинаковые – это 10-ти и 5-ти копеечные, 1 и 2 рубля, а в 5-рублевые добавляется еще мельхиор.

Что под копытом?

- Специалистами завода освоены технологии чеканки монет массой от 1,55 г до 3000 г и диаметром от 12 до 130 мм, - рассказывает Сергей Кузнецов.

Разменные и памятные монеты – не единственная продукция предприятия. Монетный двор выпускает также государственные награды, нумизматические наборы, сувенирные и юбилейные медали, рекламные жетоны и даже бизнес-сувениры. То есть готовьте ваши денюжки – денюжку вам сделают.
С 2004 года на Монетном дворе было открыто ювелирное производство. Про него я даже не спрашивал. Зато попросил показать мне внутренний двор. Провела меня по нему женщина, которую также нельзя называть.

- Ваши родственники хоть знают, где вы работаете?

- Знают, что на Монетном дворе, а кем именно, нельзя говорить. Ни о должности, ни о довольствии мы не имеем права рассказывать.

Атмосфера здесь домашняя – по стенам кое-где вьется виноград, по двору вальяжно ходят коты. Вкусно пахнет из столовой. Она у них ведомственная, недорогая и вкусная – вот коты и сидят облизываются.

- Смена начинается рано утром, с шести утра уже приступаем к работе, зато к половине пятого заканчиваем и под бой курантов с Петропавловки идем домой…

- А в повседневной жизни обращаете внимание, где сделаны монеты – в Питере или в Москве?

- Да нет, конечно, привыкли уже…

Не все в Петербурге знают, что любую "родную" (сделанную на нашем Монетном дворе) копейку можно отличить от московской. Внимательно посмотрите на коня Святого Георгия - под его правым копытом есть ма-аленькие буковки: "М" или "С-П". Теперь вы это тоже знаете…