Арест главреда «Базы»: гниль по обе стороны

В Москве задержан главный редактор телеграм-канала «База» Глеб Трифонов. По пока неподтверждённым официально сведениям, он и его коллеги регулярно платили полицейским в обмен на сигналы о происшествиях, задержаниях, обысках и других событиях, интересных для новостной повестки. Трифонову, скорее всего, будут вменять дачу взятки (ст. 291 УК РФ), полицейским – соответственно, получение взятки. Информационные ресурсы, особенно ориентированные на «жареные», в том числе и криминальные новости, давно известны своими оперативными публикациями, часто опережающими официальные сводки. Однако граница между сообщением журналистского источника и нарушением закона становится всё более размытой. То, что раньше по умолчанию называлось «инсайдом», сегодня всё чаще попадает в поле зрения следственных органов.

Случай не единичный

Прецеденты уже были. В нынешнем году за аналогичную практику арестовали Дениса Аллаярова – коллегу Трифонова из издания URA.RU. Обвинение то же – сотрудники URA.RU передавали деньги полицейским за доступ к базе данных и неофициальной информации. И тогда, и сейчас защита настаивает: речь не идёт о коррупции, это были, дескать, «вознаграждения за информацию», «гонорары за сотрудничество». Однако закон, как и следственная практика, такого разделения не признаёт: должностное лицо не имеет права принимать деньги от журналиста за выполнение или неисполнение служебных обязанностей.

Игра с ненулевой суммой

Важно подчеркнуть: дача взятки – преступление, вне зависимости от цели и мотивации. Даже если речь идёт о попытке «получить правду», «донести до общества важную информацию» и т. п. Нельзя строить свободу слова на нелегальных основаниях. И если журналист платит силовику за доступ к служебной информации, он становится не просто репортёром, а участником коррупционной схемы. Наряду с тем полицейским, которому он платит за доступ к информации. Пострадавших, вроде бы, нет, а преступление есть.

Но с другой стороны, возникает резонный вопрос: что это за система, сотрудника которой можно купить за несколько тысяч рублей? По данным источников, в некоторых случаях речь шла о буквально копеечных переводах, по тысяче–две рублей за утечки информации о драках, ДТП, задержаниях, перестрелках.

Тут у проблемы появляется ещё один слой. Средняя зарплата младшего состава даже в столичной полиции едва превышает 50 тыс. рублей. Нагрузки же колоссальны. Неудивительно, что многие идут на такие «подработки» — невелика разница в унижении: получать 50 тысяч в месяц или две тысячи за незаконный телефонный звонок. Ещё хуже ситуация в регионах, где укомплектованность отделов МВД падает ниже критических отметок, а вакансии остаются пустыми месяцами. В этих условиях трудно удержаться от обвинения в том, что сама система подталкивает полицейских к тому, чтобы «монетизировать» доступ к внутренней информации.

Коррупция – это всегда история двух сторон. С одной стороны, человек, готовый дать взятку. С другой – тот, кто готов её принять. Пока в системе правопорядка будут работать люди, которые получают меньше водителей такси, бороться с коррупцией только репрессиями — значит, бороться с симптомами, а не с причиной. Причём, стоит повториться, коррумпированный полицейский имеет неплохое внутреннее оправдание – от того, что через него произошла утечка информации, хуже никому не стало.

История с «Базой» это не только и не столько про одного редактора и пару «продажных» оперативников. Это про систему, в которой профессиональный журналист считает нормой договариваться напрямую с полицейскими, а сотрудники МВД — брать деньги за явное нарушение закона и инструкций. Кто виноват больше, сказать сложно. Но понятно одно наводить порядок нужно с обеих сторон.