«Вменяема, но находилась под влиянием». Как вырыть яму под правосудие

В России становится всё больше случаев, когда люди теряют имущество, действуя под влиянием мошенников, и потом через суд возвращают себе квартиры и дома. Недавнее решение по делу Ларисы Долиной — одно из самых громких, но далеко не единственное. Согласно опубликованному 4 ноября решению, суд признал, что народная артистка продала свою московскую квартиру, находясь «в состоянии, когда не могла понимать значение своих действий». Сделка, как и предписывает Гражданский кодекс, признана недействительной. История Долиной началась с телефонного обмана: преступники, представляясь сотрудниками спецслужб, убедили певицу отправить деньги на «безопасные счета». По данным следствия, схема включала использование нейросети — голос имитировал реальных людей, что сделало манипуляцию почти безупречной. Когда деньги исчезли, злоумышленники уговорили певицу продать квартиру, чтобы «перекрыть каналы утечки средств». Так квартиру приобрела Полина Лурье, отдавшая за апартаменты в стиле «дорого-богато» 112 миллионов рублей. Хамовнический суд решил, что Долина действовала под влиянием обмана, не утратив дееспособность, но и не осознавая сути происходящего.

Наполовину законная сделка

С тем же успехом суд мог признать певицу наполовину беременной. Юристы проводят тут тонкую грань: человек формально способен заключать сделки, но находится в состоянии, которое мешает контролировать свои поступки. Стереть эту грань легко любому здравомыслящему человеку. Нужно лишь задать любому светочу юридической мысли вопрос: оправдал бы суд Долину, если бы она не продала Лурье квартиру, а убила бы её?

Юристы разглагольствуют о том, что по Гражданскому кодексу РФ, сделка Долиной с Лурье  может быть признана ничтожной. Обычно истец должен компенсировать другой стороне реальный ущерб, однако если покупатель знал или должен был знать о мошеннической природе сделки, компенсация не выплачивается. В решении суда сведений о выплате Ларисой Долиной не содержится. Случай певицы обрушил лавину. Не секрет, что в последние годы мошенники всё чаще применяют методы давления на психику и технологического обмана, выводя жертв из состояния критического восприятия. Потерпевшие — не только пожилые люди. Среди них — предприниматели, чиновники, журналисты. Все они уверены, что действуют рационально, пока не оказывается, что квартиру, машину или накопления они «добровольно» отдали неизвестным. Но вот вспоминать о своём состоянии истинные или ложные жервты мошенников массово стали лишь после дела Долиной.

МВД прилежно фиксирует рост числа подобных преступлений, в которых фигурируют фишинговые звонки, поддельные сайты банков, подмена голосов через нейросети, «службы безопасности», которые будто бы спасают деньги. В делах принимают участие десятки «дропперов» — людей, согласившихся за вознаграждение предоставить свои карты для вывода средств. По делу Долиной таких насчитали не меньше десяти. Одна из них уже получила решение суда о возмещении ущерба на 15 миллионов рублей. Ещё несколько человек обязаны выплатить певице около 54 миллионов. Один из участников схемы, по данным следствия, унёс свои долги в могилу.

Феномен «сделок под влиянием заблуждения» становится всё более заметным в судебной практике. Речь идёт не о недееспособных гражданах, а о тех, кого искусно ввели в заблуждение. Физическое насилие заменяется цифровой манипуляцией. Случай Долиной — не просто история о потерянной квартире. Это иллюстрация того, как уязвимыми оказываются даже люди с опытом и статусом, когда против них работают технологии, психологи и уверенные в безнаказанности посредники.

Дела, по которым добросовестные приобретатели лишаются своей недвижимости по надуманной причине «влияния заблуждения», наталкивают на ещё одну очень нехорошую мысль. А не начнут ли завтра ушлые адвокаты обрабатывать попавших под чужое влияние мамкиных террористов и преклонного возраста владелиц пенсионных состояний в десятки миллионов рублей, уже отбывающих свои сроки за поджоги вышек сотовой связи и релейных шкафов. В этом случае государству придётся не только отпустить осуждённых на свободу, но ещё и выплатить им компенсации – люди отсидели фактически без вины. Они ведь тоже находились под  влиянием заблуждения. Право в России не прецедентное, но это не снимает с судей обязанности думать о последствиях принимаемых решений. Народных артисток в России много, а правосудие одно.