«Закон Боброва»: 100 лет со дня рождения великого спортсмена

В первый день зимы 1922 года в Моршанске (сейчас Тамбовская область) в семье Бобровых родился второй сын, которого назвали Всеволодом. Родившемуся и выросшему в провинции (в 1925 году семья переехала в Сестрорецк) мальчику была уготована невероятная судьба. Он оказался талантливым спортсменом, добившимся успехов сразу в трёх видах спорта: хоккее с мячом, хоккее с шайбой и футболе. Закончив карьеру игрока, Всеволод Бобров проявил себя как хоккейный и футбольный тренер. Но, как отмечают все современники, главным в Боброве было не то, чего он добился, а то, как он это делал. И на траве, и на льду, и на тренерской скамейке его можно было узнать без номера на спине. Он был настолько самобытным, что даже самые талантливые журналисты признавались – у них иной раз не находилось слов, чтобы описать игру Боброва.

«Таланта высшая оценка когда рубают по ногам»

Карьера Боброва-игрока продолжалась недолго – он фактически повесил бутсы и коньки на гвоздь в 30 лет (иногда, правда, выходил на лёд и после), да и несколько лет перед тем играл с большими перерывами из-за травм. Этот повышенный травматизм был вызван не слабостью организма или повышенными нагрузками. Поколение Боброва, конечно, пережило войну, но одновременно ребята прошли такую закалку, что какие-то там спортивные нагрузки для них были нипочём. Одногодка Боброва Виктор Чукарин, побывавший в фашистском концлагере, в 30 лет стал олимпийским чемпионом по гимнастике.

Карьеру Боброва сгубили его соперники, которые потом будут отзываться о нём с большой теплотой. Тогдашний футбол был, по сравнению с нынешним, очень грубым. Удары по ногам, прыжки в колени, пинки, толчки руками, удары в рёбра были непременными атрибутами «мужской» игры. Били, конечно же, лучших и самых опасных. А лучшим и самым опасным в любой команде был именно Бобров. Причём по канонам тогдашней журналистики писать о том, что в очередной раз «сломали» самого талантливого игрока эпохи, не следовало – он «получал травмы». В хоккее было полегче, там хотя бы есть смены и тогдашний хоккей был не таким контактным. Тем не менее именно в хоккейном матче после толчка на борт у Боброва случился инфаркт.

И всё равно за 10 лет футбольной карьеры Всеволод Михайлович забил 124 гола, стал трёхкратным чемпионом СССР и дважды выиграл Кубок. В хоккее на его счету 6 званий чемпиона страны, две победы на чемпионатах мира и золотая медаль Олимпиады-1956.

«На поле памяти народной»

Футбол и хоккей в послевоенные годы были чрезвычайно популярны, а Бобров был их суперзвездой. Поэтому практически все жившие в те годы советские писатели и поэты вспоминают его в своих произведениях и мемуарах. При этом многие делают это вне контекста спорта. Юрий Нагибин, говоря об архитектурном даре одного из своих героев, пишет, что он «потрясал человеческое воображение, как игра Боброва».

В 1969 году Евгений Евтушенко написал стихотворение «Прорыв Боброва», обороты из которого использованы в подзаголовках. Характерно, что в нём не упоминаются спортивные достижения Всеволода Михайловича. Поэт великолепно передал впечатления от игры Боброва. Евтушенко сравнивает удары форварда с русской песней и называет его разбойным гением. И самое, пожалуй, важное замечание поэта: «гений и тогда играет, когда играть перестаёт».