Иран предъявил Европе счёт за войну: слова Рютте меняют политическую картину
Тегеран решил использовать заявления генерального секретаря НАТО Марка Рютте как новое основание для обвинений Европы в участии в войне против Ирана. Представитель иранского МИД Эсмаил Багаи связал с ними ответственность ЕС, его государств-членов и стран НАТО за политическую, военную и логистическую поддержку американской операции Epic Fury. По версии Тегерана, речь теперь идет не только о США и Израиле, но и о европейских правительствах, предоставлявших инфраструктуру для американских сил.
Не блещущий умом и дальновидностью даже среди современных европейских политиков Рютте в телепрограмме заявил, что с европейских баз для поддержки операции поднимались 5 тысяч самолетов, и отметил значение Европы как плацдарма для американской проекции силы. При этом степень участия конкретных европейских стран существенно различалась. Аналитики отмечали, что в начале операции Великобритания и Испания не разрешали использовать свои базы непосредственно для ударов по Ирану, хотя европейская инфраструктура в целом играла важную роль в переброске и обеспечении американских сил. Позднее Лондон изменил позицию после атаки Ирана на британскую базу на Кипре, а Испания за строптивость получила атаку мигрантов на Сеуту.
От прошлой войны до нового счёта Европе
Предыдущий крупный американо-иранский военный конфликт произошёл летом 2025 года. После начала израильской операции против Ирана 13 июня США 21 июня нанесли удары по ядерным объектам в Фордо, Натанзе и Исфахане в рамках операции Midnight Hammer. Через несколько дней было достигнуто прекращение огня. При этом американские заявления о масштабах ущерба и последующие оценки разведки расходились: предварительная американская оценка указывала, что ядерная программа была отложена, но не уничтожена.
Нынешняя ситуация заметно сложнее. В феврале 2026 года США и Израиль начали новую кампанию против Ирана, а европейские базы вновь оказались частью американской военной инфраструктуры. Польский Центр восточных исследований указывал, что из Европы на Ближний Восток перебрасывались американские боевые самолёты, а британские объекты позднее стали использоваться для ударных операций.
Иранская стратегия теперь может выйти далеко за рамки дипломатических обвинений. Требования расследований и компенсаций способны осложнить отношения Тегерана с европейскими столицами, усилить давление на правительства стран НАТО и превратить вопрос о предоставлении американцам военной инфраструктуры в серьёзную внутриполитическую проблему. Одновременно Тегеран получает аргумент для дальнейшего сближения с государствами, которые выступают против американского военного присутствия.
Для Европы последствия могут быть и практическими. Чем больше Иран считает европейские территории частью американской военной системы, тем выше политические, экономические и военные риски для этих территорий. Это способно заставить европейские правительства одновременно пересматривать правила использования баз, усиливать их защиту и искать дипломатические каналы связи с Тегераном. Иными словами, Европа рискует обнаружить неприятную особенность современной геополитики: можно не участвовать в принятии решения о войне, но всё равно попасть по зубья их последствий. США и Израиль, увы, не помогут.
