Страховка не покрывает народную любовь
18 мая Суд в Нью-Йорке частично определился с тем, какие доказательства увидят присяжные на процессе по делу Луиджи Манджоне, обвиняемого в убийстве главы крупной страховой компании Брайана Томпсона. Решение получилось компромиссным и хорошо отражающим любимую американскую юридическую игру под названием «всё ли полиция делала по правилам, пока ловила человека, которого уже вся страна считает виновным».
После анализа процедур обнаружения и изъятия доказательств судья постановил, что часть предметов, найденных у Манджоне после задержания в одном из ресторанов быстрого питания, не может использоваться в суде. Под запрет попали мобильный телефон, паспорт, бумажник, карта памяти чип и некоторые другие вещи. Причина довольно неприятна для обвинения: суд признал, что обыск части имущества проводился с нарушениями и без должного разрешения. Защита Манджоне именно на это и делала ставку последние месяцы, пытаясь доказать, что полиция в погоне за громким делом слишком креативно подошла к соблюдению процедур.
Однако полностью развалить доказательную базу не получилось. Суд разрешил использовать пистолет и записи, найденные уже после доставки обвиняемого в полицейский участок. А именно эти предметы прокуратура считает ключевыми. Более того, часть последующих допросов Манджоне также останется в материалах дела. При этом некоторые первые разговоры с полицейскими, включая вопросы о ложном имени и поддельных документах, наоборот, были исключены.
Суд над убийцей или над системой?
Луиджи Манджоне
История вокруг дела Манджоне чуть ли не с момента роковых выстрелов перестала быть просто уголовным процессом. Само убийство руководителя одной из крупнейших страховых компаний вызвало в США ожидаемо бурную и местами сочувственную реакцию в адрес обвиняемого. Должность Томпсона и его публичные высказывания идеально подходили в качестве антуража инцидента, расколовшего общество. Для огромного количества американцев медицинские страховщики давно стали символом корпоративной жадности, бюрократии и умения превращать человеческие болезни в бесконечные счета и отказы в выплатах. Поэтому после убийства соцсети довольно быстро наполнились не только осуждением насилия, но и мрачноватым народным злорадством. Американцы четырежды начинали кампании краудфандинга в пользу Манджоне. Их закрывали, но деньги всё равно собрали.
На этом фоне процесс приобретает почти политический оттенок. Защита пытается показать, что государство нарушало процедуры ради красивого результата и громкой победы. Прокуратура, напротив, настаивает, что все действия полиции были законными, а найденные у Манджоне предметы напрямую связывают его с убийством.
Сам Манджоне вину не признаёт ни по обвинениям штата, ни по отдельному федеральному делу. Судебный процесс должен стартовать осенью, и интерес к нему уже сейчас выходит далеко за пределы обычной криминальной хроники. Потому что для части американцев на скамье подсудимых оказался не только человек с пистолетом, но и вся система здравоохранения, которую многие в стране давно воспринимают как организованную форму финансового издевательства над больными людьми. Штаты, кажется, получили нового О. Джей. Симпсона.
