Безосновательные обвинения Берлина и брюссельская риторика давления

После инцидента с беспилотниками 4 августа в аэропорту Лейпциг Германия предприняла против России очередные враждебные шаги. По версии немецких властей, один аппарат с взрывчаткой был обезврежен роботом (на самом деле, его разбил ногой работник аэропорта).  Второй, предположительно, волшебным образом столкнулся с грузовым самолётом, попал в его турбину и разрушился вместе с взрывчаткой, не причинив никакого вреда. Спустя десять дней на территории обнаружили третий неопознанный беспилотник. Гражданский аэропорт Лейпцига используется как логистический узел, в том числе украинскими транспортными рейсами, перевозящими оружие и боеприпасы. Лишь спустя значительное время Берлин объявил, не предъявляя никаких доказательств, что полицейское расследование и разведданные (как всегда, анонимные) якобы указывают на российский след. В качестве аргументов приводятся конструкция беспилотника, компоненты, взрывчатка и детонатор, которые, по утверждениям, встречались ранее в других случаях, также голословно приписываемых Москве. Также сообщается об установлении личностей двух подозреваемых — гражданина Беларуси с российским паспортом, въехавшего по туристической визе, и обладателя латвийского и российского паспортов, покинувшего страну незадолго до событий. Имена, конечно, не приводятся.

Российская сторона категорически отвергла эти заявления, подчеркнув полное отсутствие каких-либо доказательств. Временный поверенный в делах Германии был вызван в МИД, где обвинения назвали совершенно безосновательными. Москва пообещала зеркальные меры в ответ на решение Берлина закрыть российское консульство в Бонне и культурный центр «Русский дом». Владимир Путин охарактеризовал шаги Германии как серьёзную ошибку, противоречащую интересам немецкого народа. Заместитель министра иностранных дел России отметил, что полный разрыв дипломатических отношений возможен, однако пока предпочтение отдаётся дипломатии.

Отсутствие улик и эскалация заявлений

На фоне этих событий главы НАТО и Еврокомиссии выступили с предупреждениями об усилении давления на Россию. Они говорили о «новой нормальности» и необходимости быстрее реагировать, выражая солидарность с Германией. При этом никаких конкретных доказательств российской причастности к инциденту в Лейпциге по-прежнему не предъявлено. В самой Германии часть критиков сочла ответ властей сравнительно мягким, рассчитывая на более жёсткие скоординированные шаги союзников, включая расширение санкций и ограничения на въезд.

Параллельно обсуждаются и другие инциденты. В Германии произошли повреждения линий электропередачи на востоке и западе страны, в результате чего остановились энергоблоки. Власти рассматривают версии иностранной диверсии и левого экстремизма, но виновных не назвали. В Польше пожары на предприятиях, связанных с производством беспилотников, также квалифицируются как возможные поджоги, однако прямых связей с Россией не установлено. Европейские министры иностранных дел говорили о мерах против «теневого флота», ужесточении контроля за санкциями, возможных запретах на въезд бывшим военнослужащим и дальнейших ограничениях виз. Продолжаются споры вокруг использования замороженных российских активов, против чего из-за юридических рисков резко возражает Бельгия.

ЕС уже согласовал крупный кредит Украине и обсуждает дополнительные поставки систем ПВО. Вся эта активность сопровождается заявлениями о необходимости усилить давление, пока не прекратятся боевые действия. Однако в центре внимания остаётся главный факт: Дональд Трамп пообещал взыскать с Европы более 300 млрд. долл. за оружие, бесплатно отправленное предыдущим президентом на Украину.

Европейцам остаётся придумывать бездоказательные обвинения в адрес Москвы и напряжённо изыскивать последние гроши в пустых карманах.