«Он достоин любви», — сын Кеннеди об убийце отца

28 августа из и так уже шатающейся и кренящейся стены традиционной морали был выбит ещё один камень. Дуглас Кеннеди, сын застреленного 53 года назад Роберта Кеннеди, побеседовав с убийцей своего отца, заявил, что тот достоин сострадания и любви. Серхан Бишара Серхан встретился с младшим Кеннеди в рамках рассмотрения очередного прошения о помиловании – он отбывает пожизненный срок за убийство Кеннеди-старшего. Нет, наверное, нужды уточнять, что Дуглас Кеннеди одобрил прошение и теперь Серхан может выйти на свободу.

Выстрелы в Лос-Анджелесе

Выходец из семьи палестинских эмигрантов-христиан Серхан застрелил Роберта Кеннеди в 1968 году в Лос-Анджелесе, куда тот приехал в ходе турне по тихоокеанскому побережью в рамках своей президентской кампании. Во время перехода Р. Кеннеди из одного зала для выступлений в другой через подсобные помещения Серхан разрядил в кандидата в президенты и сопровождавших его телохранителей обойму револьвера. Кеннеди получил три пули, одну из них в голову и скончался через сутки.

Убийцу схватили на месте. Сначала он назвал свой поступок обдуманной местью за произраильскую позицию Роберта Кеннеди – только что разгромом арабов закончилась Шестидневная война. В дневнике убийцы были записи о желании расправиться с Кеннеди. На суде по совету адвокатов Серхан начал ломать комедию с невменяемостью и потерей памяти, но его быстро приговорили к смертной казни.

Смягчение нравов как любовь к убийцам

Серхан совершил своё преступление в самом начале пути к всеобщей гуманизации, который неминуемо приведёт человечество к гибели. В 1972 году, когда Серхан ожидал своей очереди присесть в кресло с ремнями для рук и ног и подведёнными проводами, в Калифорнии сочли смертную казнь неуместной. Наказание Серхана автоматически смягчили до пожизненного заключения и совсем не автоматически дали ему право ходатайствовать о досрочном освобождении.

И Серхан ходатайствовал. Последний, 16-й раз в 2016 году. Комиссия, поглядев на крокодильи слёзы и почитав писанину убийцы про шанс, который он отнял у мира, убив Роберта Кеннеди, справедливо решила – выпускать его нельзя.

Прошло пять лет, в комиссию включили сына убитого (оставим за скобками вопросы о логике и правомочности). Рассмотрение прошения должно было превратиться в формальность. Но проникшийся передовыми идеями писатель Дуглас Кеннеди решил иначе. Он поверил – или сделал вид, что поверил – в рассказы и слёзы Серхана (тот расплакался, когда узнал о ситуации на Ближнем Востоке) и проголосовал за то, чтобы предоставить убийце собственного отца право выйти на свободу. После этого ещё и интервью дал о том, что раньше он боялся Серхана, а теперь страх ушёл, а убийца достоин любви.

«Боюсь, что это сделают обязательным»

В старом анекдоте некто Рабинович мотивировал свой неожиданный отъезд из России в Израиль следующим образом: «Раньше за гомосексуализм сажали, сейчас относятся равнодушно и даже кое-где поощряют. Так я боюсь, что скоро его сделают обязательным».

Давным-давно с убийцами граждане расправлялись самостоятельно. Потом эту функцию доверили государствам. Поначалу они кое-как справлялись. Но затем государствами стали править люди, которым убийство угрожает в разы реже, чем обычным гражданам. Началась гуманизация убийств, все эти «нельзя отнимать жизнь» и прочие демагогические аргументы.

Сначала отменили смертную казнь, следом кое-где за убийство стали давать смешные сроки. Теперь вот сын убитого отца приходит к убийце и говорит о том, что убийцу надо любить. Дальше, логически рассуждая, следует запретить употреблять слово убийца и заменить его чем-нибудь политкорректным, например, «альтернативный акушер». А то ещё вдруг какой-нибудь убийца расплачется…