Годовщина трагедии в Беслане. О чём нужно помнить

3 сентября навсегда останется одной из самых трагичнейших дат в истории российского народа. Были дни, когда гибло больше людей. Знала русская история и примеры более чудовищных преступлений. Но адскую бойню, устроенную чеченскими боевиками в первой школе Беслана, народы России не забудут никогда. Равно как не забудут они и героизм бойцов спецназа и осетинских ополченцев, своими телами закрывшими десятки малышей, чья вина состояла только в том, что они пришли на праздничную линейку 1 сентября.

Три страшных дня

52 часа, прошедших с начала праздничной линейки в школе №1 Беслана до отчаянного страшного штурма, устроенного спецназовцами, бойцами «Альфы», «Вымпела» и других спецподразделений, помнит любой человек, живший в то время.

При всём том, что Россия уже привыкла (мерзкое слово, но от него никуда не деться) к чеченским терактам, подспудно у населения оставалась вера в то, что уж какие-то вещи останутся святыми. Да, взрывали жилые дома в Москве, захватывали военные части, был «Норд-Ост» и взрыв военного госпиталя в Моздоке, но какая-то грань вроде бы не переходилась. 1 сентября 2004 года перевернуло всё.

Пересказывать события тех страшнейших дней для всякого здравомыслящего человека дней нет ни смысла, ни желания, ни моральных сил. В заложниках тогда оказалась, без преувеличения, вся Россия – все когда-то трясли бантами на первое сентября, примеряли костюмы с галстуками или провожали своих чад на весьма уж сомнительный, чего уж греха таить, праздник Дня знаний. Но даже после взрывов самолётов, метро и подъездов многоэтажек предвидеть захват самой крупной в кавказском райцентре школы не мог никто.

Три дня мужества

Количество жертв теракта в Беслане выглядит чудовищным. Погибли более 300 гражданских лиц, включая 186 детей. Военнослужащие сил спецопераций понесли самые серьёзные потери за время своего существования.

Но, как бы зловеще это не звучало, именно в 2004 году в Беслане начало рождаться настоящее российское гражданское общество. Рождалось оно, как всегда рождается новая жизнь – в крови и грязи. Все увидели расстрел спасателей Дмитрия Кормилина и Валерия Замараева, которых отправили забрать трупы расстрелянных заложников.

Вскоре после полудня 3 сентября в здании школы раздались взрывы. К 15 часам в районе школы воцарилась стихия. Вооружённые местные жители, дети которых находились в школе, бросились на штурм, путаясь под ногами военнослужащих, пожарных и спасателей. Боевики отбивалась до конца, отходя в отдалённые уголки школы и прикрываясь заложниками. Именно этим объясняется огромное количество жертв – ублюдки не сдавались до самого конца.

Бойцы спецназа, спасавшие заложников, вынуждены были стрелять одиночными выстрелами и применять гранаты только тогда, когда были уверены, что заложники не пострадают. Именно поэтому погибли полковник Вадим Демидкин и майор Роман Катасонов – вместо того, чтобы забросать террористов гранатами, они попытались подавить их сопротивление огнём из стрелкового оружия. Впоследствии офицеры, как и ещё пять их сослуживцев, посмертно получили звания Героев России.

Два десятилетия падальщиков

Государство по достоинству вознаградило военнослужащих, своими жизнями и здоровьем спасших заложников в Беслане. Удивляет то, что падальщики, сделавшие себе имя на обвинениях российской власти в жертвах чудовищного теракта, до сих пор не наказаны. Анна Политковская, конечно, своё получила.

Но такие персонажи, как Елена Мишулина, Юрий Савельев и оставшиеся безвестными организаторы митингов протеста в Москве, Чебоксарах, Ставрополе, Пензе и Ростове-на-Дону до сих по остаются безнаказанными, несмотря на прямые обвинения российских властей и силовиков в количестве жертв и прямом убийстве заложников из танков и вертолётов. Надежда на то, что к ним применят статью о дискредитации вооружённых сил, минимальна – в демократическом обществе законы, как известно, обратной силы не имеют.