Разгерметизации в космосе начинают пугать

На фоне действительно радующих сообщений о том, что «Роскосмос» за последние годы провёл ровно 100 безаварийных пусков ракет, известие о том, что разгерметизировался «космический грузовик» «Прогресс М-21», вызывает известные опасения. «Прогресс» разгерметизировался по той же схеме, что и ранее пристыкованный к Международной космической станции пилотируемый корабль «Союз М-22». 12 февраля в российском космическом ведомстве официально подтвердили – беспилотный «Прогресс» потерял всю жидкость-хладагент из-за её утечки в открытый космос. Так же разгерметизировался и «Союз», потеряв возможность балансировать внутреннюю и внешнюю температуры. Здесь, конечно, возможны совпадения, но два случая подряд не могут не натолкнуть на некоторые вопросы. Возникли подобные вопросы и у руководства «Роскосмоса». По крайней мере, возникли они у Сергея Крикалёва, Директор «Роскосмоса» по пилотируемым программам прямо заявил: нужен глубокий анализ произошедших инцидентов.

Разгерметизация = катастрофа

Опыт разгерметизаций в космосе у советской и российской космонавтики невелик, но его хватает. В 1971 году из-за разгерметизации спускаемого аппарат погиб экипаж космического корабля «Союз-11». Трагическая смерть космонавтов по сей день остаётся самой ужасной страницей в истории нашей космонавтики.

Поэтому вопросы разгерметизации вызывают у руководства «Роскосмоса» понятные опасения. Особенно в связи с тем, что утечки, хоть воздуха, хоть хладагентов, возникают именно в космосе. Когда в декабре 2022 года обнаружилась утечка воздуха из корабля «Союз М-22», в широкой публике это вызвало к жизни массу мемов и шуток в отношении американских астронавтов, посещавших российский модуль. У российских учёных настроение было куда серьёзнее.

Но единичный случай мог остаться единичным случаем, ели бы не… Разгерметизация «Прогресса М-21» увеличила количество вопросов не вдвое, а на порядок. Радоваться особо нечему, но, по крайней мере, хорошо, что такие происшествия становятся достоянием гласности.

Разбор полётов

Сергей Крикалёв сразу заявил: будем разбираться, причём на Земле. «Прогресс М-21», физически отделённый от МКС наглухо закрытым люком, 18 февраля будет отстыкован от МКС, переведён на низкую орбиту и затоплен. То же самое случится и с «Союзом М-22» – никто не будет рисковать жизнями космонавтов, пусть бы они и назывались астронавтами.

Разбираться будет сложно. Обилие подрядчиков и субподрядчиков делает нахождение виновных – если они вообще имеются – невероятно сложным. Только представить себе – где-то в процессе сбора системы охлаждения космического корабля нужно найти брак то ли при производстве трубок, то ли при производстве металла для этих трубок. Или при монтаже этих трубок непосредственно в корпус корабля.

Объём такого расследования, откровенно говоря, пугает. Он испугал бы даже и аппарат НКГБ СССР, но тогда органы госбезопасности работали по принципу «глаза боятся, а руки делают». Остаётся надеяться на то, что нынешние кадры ФСБ не утратили хватки дедов.