Возвращение брендов и платёжных систем как индикатор «свой – чужой»

20 февраля Эльвира Набиуллина поставила если не точку, то многозначительную точку с запятой во внезапно охватившей российское бизнес-сообщество дискуссии о возвращении в Россию западных брендов и платёжных систем. Глава Центробанка прямо заявила: говорить о том, что “Visa” и “MasterCard” вернутся в Россию, преждевременно. Бурное обсуждение вновь открывшихся возможностей можно закрывать. Даже для тех западных компаний, которые желали остаться в России, проблема платежей стала неподъёмным камнем. Но считать, что возвращение “Visa” и “MasterCard” снимет проблемы платежей и вернёт бренды в Россию, нельзя. Десятки российских банков отключены от системы SWIFT, причём десять банков пополнили список отключённых буквально накануне. Без возобновления платежей никто в Россию не вернётся. Но слухи о возвращении, как и всё в мире, будучи правильно использованными, пользу всё равно приносят. Они послужили подобием соцопроса на тему «Кто и где в России до сих пор хочет, чтобы всё было «как раньше»?

Пессимизм Набиуллиной – пессимизм власти в целом?

Настроения о возвратах, возникшие среди бизнесменов и активно подогретые СМИ, появились сразу после окончания переговоров российской и американской делегаций в Эр-Рияде. В Саудовской Аравии ещё пообедать не успели, а российские СМИ и эксперты уже перечисляли торговые марки, якобы стоящие на низком старте у российских границ.

Представители торговых марок всё яростно опровергают, но опровержения никто не слушают. Все обсуждают, кого стоит пускать в Россию, и на каких условиях. Пришлось целую Эльвиру Сахипзадовну к опровержениям подключать, её и так все не любят. Набиуллина высказалась прямо: говорить о возвращении преждевременно. Не возвращаться, а даже говорить о возвращении. Иностранные торговые марки, говоря другими словами, пока не нужны. С логическим ударением не на «пока», а на «не нужны». Если настанет время, можно будет поговорить (и только) о возможности возвращения.

Глупость или ..?

Шум, поднявшийся вокруг мнимого возвращения «полюбившихся россиянам брендов», никак не соответствует остроте проблемы. И есть в нём два очень важных аспекта, которые в иные времена назвали бы вредительством:

• налицо попытка если не поставить крест на импортозамещении, то очень серьёзно его дискредитировать. В который уже раз заявляется неспособность России производить одежду, обувь, варить кофе или разогревать бутерброды. Поставки микроэлектроники или медтехники никто не обсуждает.
• откровенно замалчивается сопутствующий работе иностранных компаний аспект утечки капитала. Она будет иметь место, несмотря на достаточно успешное противодействие правительства. Тех, кто считает, что западными брендами движут исключительно стремления одеть, обуть, накормить россиян и помочь им обустроить жильё, нужно превентивно изолировать от общества.

Cui prodest?

Более или менее удачная прелюдия к серьёзным российско-американским переговорам ударила в голову многим господам, мечтающим, чтобы Россия наконец-то перестала маяться дурью и вернулась в «нормальное», по их понятиям, состояние, существовавшее до начала СВО.

Эти люди, сладострастно дрожащие при разговорах о возвращении западных компаний, тоже не нацелены на улучшение благосостояния широких масс жителей России. Они хотят снова с хорошим гешефтом обслуживать нужды белых господ. Кто-то желает выгодно сдавать торговые площади, кто-то возить товары, кто-то заниматься оформлением документов. У российских производителей есть свои кадры, а вот иностранцам придётся практически заново входить на рынок.

Условия для этого входа будут резко отличаться от райских кущей двадцатилетней давности. Тут-то местные кадры и пригодятся. Значит, нужно заранее поработать на репутацию борцов за свободную конкуренцию и невмешательство государства в рыночные процессы.